Автор рисунка

Под Чёрной Луной (11-13)

30    , Февраль 3, 2021. В рубрике: Рассказы.


Автор картинки — Nuclear Tail

Вычитка: Shai-hulud_16

Глава 11: Ограничение

⊛⊛⊛

Джентл Тач спокойно и расслабленно растекалась по лавке. Колонны по бокам отсекали пространство, в которое никто не войдёт; на круглом столике перед ней стояла миска люцернового салата с пряностями. Кафе было меньше и уютней, чем ресторан, откуда они с Кёсори Стрик отправились в сектор 12-S — сектор Чёрной Луны — всего несколько циклов и так много событий назад. Новое партнёрство, три дальних перелёта над Метрополией, встреча с Белой Луной почти что в упор...

Она вынырнула из воспоминаний и сориентировалась в обстановке. Тюльпаны «зелёной» линии — почти как дома — на дальней веранде, и от них ненавязчивый фон травы и неспелых яблок. Неяркий рассеянный зеленовато-синий свет. Тишина, едва слышный шорох катящихся камней, но никакой музыки. Ни единого модификатора в меню. Всё как и должно быть в релаксационном кафе, ориентированном в основном по Синей Луне. Она чувствовала себя... в основном мирно. Если бы ещё Кёсори только что не поднялась и не вышла из зала, не проронив ни слова.

Твой запах мне вполне симпатичен, вспомнила она слова Кёсори и чуть улыбнулась. Огляделась вокруг, легко обнаружив пегаску-Вестника — дальше входа и выше деревянного потолка кафе, на высоте нескольких тройных девяток шагов, у самой, необычайно низкой здесь, Великой Сети. Точнее на таком огромном расстоянии определить не получалось, не с чем было соизмерить. Рядом с ней виднелись ещё три паутинчатых радуги, без явных нарушений, но, похоже, в том самом возрасте.

Ну, если что, постоять за себя она сможет... Джентл тщательно прожевала треть порции салата, оценив пряную сладость и безупречную свежесть вкуса, заполнила бланк оценки — но беспокойство её не отпускало. Она положила лопатки треугольником на края миски и вышла наружу, под Синюю Луну.

☄☄☄

Кёсори держалась на расстоянии от фиолетовых стеклянистых труб в толщину её ноги, из которых здесь состояла глобальная Сеть Рассеяния. Вроде бы неактивны… Она прищурилась, отслеживая тройку юных пегасов — розоватый ускорился, сложил крылья и пронёсся сквозь ячейку, задев Сеть разве что ветром; та отозвалась негромким густым гулом. Его компаньоны последовали за ним. Лиловый почти коснулся трубы краем крыла — гул резко усилился, наполнил воздух, и от ближайшего перекрестья к пегасу протянулась медленная льдистая молния, а меньше трети удара спустя — три следующих выцелили оставшихся пегасов. Та, что метнулась к Кёсори, погасла, когда пегаска инстинктивно вспомнила о пламени перед собой; молодёжи повезло меньше. Все они застыли в ледяном параличе на тонких и искрящихся трезубцах, созданных Сетью. Недвижимые — и выше уровня Сети, под обволакивающим туманным блеском Синей Луны в полной силе.

А я-то думала, что неактивны… Кёсори мысленно вздохнула и повторила маневр ведущего, тоже проскользнув сквозь Сеть, в незащищённое небо. Иначе её не приняли бы всерьёз. Мерцающий блеск Синей смущал и путал зрение, но всё же Кёсори смогла спозиционироваться правильно — чуть ближе к лидеру, невдалеке и равно от двух остальных.

— Вы понимаете последствия, граничники? — она позволила себе быть сердитой и опустила уважительное обращение. Не-дети его всё равно не оценили бы.

Трёхголосый шум неохотного подтверждения был ей ответом. На внятные слова не хватило ни одного из них.

— Как наблюдающая взрослая, я вправе принять запрос о помощи. Либо передать сообщение для близких и родственников. О риске изменения вы наверняка знаете. Лидер стаи так уж точно.

Она подлетела к ним, достала из сумки кроссворд, перевернула лист чистой стороной кверху и приготовилась записывать.

— Я Шот Кат. Я отказываюсь от общения и не прошу о помощи. Я принимаю риск изменения. — отозвался розовый. Кёсори всмотрелась в его лицо, но оно было непроницаемым.

— Я Вортекс Флоу. Я прошу о помощи. — лиловый произнёс это на высоких тонах, но не криком. Кёсори Стрик не стала выжидать, резко ударив ледяной трезубец плечом и разбив его; плечо онемело, боль протекла в мышцы крыла с той же стороны, и Кёсори едва удержалась в воздухе, забила вторым крылом, пока не нашла новый баланс. К этому невозможно привыкнуть… Вортекс провалился под Сеть и исчез.

— Я Дип. Просто Дип. Я останусь наблюдать за другом. Сектор 113-L, второй жилой блок, триста шестнадцатая квартира. Передайте им, что я не сожалею, что это не их ошибка, и что они — хорошие пони. — тёмно-синяя пегаска произнесла эти слова очень медленно, словно думая над каждым словом. Кёсори знала, что так действует лёд.

— Но ты собираешься вернуться? — уточнила Кёсори.

— Если получится. Если меня хватит... чтобы... Вестником... — Дип медленно моргнула. Кивать она уже не могла.

Кёсори хмыкнула и дополнила свои записи ещё парой пометок; записала адрес для будущего отчёта. Слова, личные и принадлежащие трём сторонам и никому более — той, кто их сказала, той, кто их донесёт и тем, кто их услышит — она запомнила. Потом, не оборачиваясь, нырнула сквозь Сеть в Метрополию.

Она позволила себе падать. Плечо нудно звенело — хотелось добраться до тёплой ванны и несколько девяток миллициклов ни о чём не думать. Но внизу была та, встречи с которой привлекала чуть больше, чем следует между двумя компаньонами — Джентл Тач. Кёсори хмыкнула про себя. Я не виновата, что это правда. И не виновата, что она уже прошла граничный возраст.

⊛⊛⊛

Кёсори была рассержена, хоть и старалась это скрыть — но они были под нормальным небом у входа в абсолютно обычное кафе, и Джентл видела всё совершенно ясно. Так что Джентл подошла и спросила прямо:

— Я так понимаю, это были не ремонтники Сети, да? И вряд ли тебе предложили гонки за приз. — она улыбнулась. — Хотя ты выглядишь так, словно проиграла. Гонку.

Кёсори понурилась, и ответила не сразу.

— Я получила срочное сообщение от Белой Луны.

Джентл ойкнула:

— Я не знала, что Луны так могут… что они так делают. Это… это секрет? Если нет, и если тебе станет лучше, когда ты расскажешь, то я слушаю. Внимательно.

— Сначала… я согласна принять помощь, чтобы ты сняла боль. Если ты в этом аспекте, — пегаска повернулась боком к Джентл; та подошла, всмотрелась и фыркнула от увиденного. Цветной поток над передней ногой Кёсори Стрик практически остановился, и сами цвета... Джентл знала лишь несколько ядов, способных вызвать такой эффект, и только один из них…

Она поняла, закусила губу и приступила к работе, буквально создавая из ответвлений новые линии в обход погасшей области. Почти сразу пегаска выдохнула и подалась было в сторону; Джентл пришлось предупредить, что лечение далеко не закончено, и что надо будет посетить госпитальный сектор. Но примерно через долю  поток в общих чертах был восстановлен. Джентл мурлыкала под нос учебную считалку для правильного ритма:

— Раз два, три — лучик, на лету замри,

— Три, два, один, ноль — заблудись в Лесу боль…

и Кёсори смогла её поддержать и попасть в тон, хотя на словах про Лес её голос сбивался.

Ещё несколько миллициклов они были рядом, сидя бок о бок у стены кафе. Потом Кёсори сказала так, словно ничего не произошло:

— Три граничника. Решили вылететь за Сеть, чтобы предложить себя Лунам. Под прямой, неослабленный свет. Красной в этих секторах в прогнозах на эти циклы нет, но кто ж из граничников их смотрит? Да им и Синей-то Луны по уши хватит.

Несколько ударов Джентл сочувственно молчала, потом шмыгнула носом.

— Твой прогноз?

— Одному я помогла вернуться назад, двое других… не думаю, что обойдётся без изменения.

Джентл ткнулась носом в крыло пегаски:

— Ну… два Вестника для Синей.

Кёсори не ответила на жест. Помолчала. Потом ответила.

— Может, у вас иначе. Хорошо, если так. У Белой Луны шансов стать Вестником вот так почти нет. Она беспощадна, тащит граничника волоком через все барьеры, может тот или не может — не важно, и оставляет с изменением. Но если Синяя Луна мягче и принимает легче, то… то, да, хорошо если так.

— А ты уверена, что они выбрались за Сеть именно за этим, а не случайно? — осторожно спросила Джентл.

— Да. Я чувствую, когда мне говорят не то, что думают. Особенно, когда думают совсем не то, что говорят. И в целом, каков отклик на мои слова. Мой собственный навык, много времени на участке… постепенно приучаешься слышать больше слов, чем было произнесено.

Пегаска взглянула прямо в глаза Джентл:

— Я же сразу увидела в тебе Вестника, ещё когда ты задумалась над моим предложением пожить у меня несколько циклов. Когда мы едва встретились, помнишь? Только Вестники достаточно одиноки, чтобы такое приглашение от незнакомца могло показаться привлекательным.

Она выдохнула и продолжила:

— Так что… хватило бы и того, что направление на них мне дала Белая Луна. Но когда они подхватили формальный диалог для таких ситуаций, сомнений уже не осталось.

Джентл привстала и потёрлась носом за ухом Кёсори:

— Я понимаю. И сочувствую. Это глупость, Луны же и развернули Сеть, чтобы Вестников было меньше. И если так уж хочется, то можно же просто… думать в эту сторону, учиться, и со временем тебе ответят. У Белой так же? И я понимаю, почему Сеть не везде и почему через неё можно проникнуть — я просто не согласна с этим решением.

— Угу. Я тоже. Понятно, что желанию преодолеть границу должна соответствовать возможность. Понятно, что это давняя традиция. И понятно, что я, раз уж выбрала Белую Луну, должна делать так, чтобы традиции соблюдались. Но всё равно…

Кёсори помолчала, но через несколько ударов продолжила:

— Всё равно… пользуются этой возможностью почти что одни граничники, которые готовы рискнуть всем, вообще всем. Конечно же, иначе ведь надо работать, стараться, и никаких гарантий… — в голосе Кёсори отчётливо прозвучала ирония. — Кстати, я хочу тебя спросить… как ты сама преодолела граничный возраст? Я не к тому, что ты не должна была, но как? Я просто собираю эти истории… 

Кёсори замолчала, но Джентл видела, что слова ещё бурлят в ней, и что она сдерживается, подбирая их и успокаиваясь. Через девять ударов продолжила:

— Собираю. Чтобы взять их все, и просто объяснить своей Луне, что этот возраст не нужен. Что от него хуже. Чтобы Она скрыла его в молчании и никогда больше не произносила.

Джентл напряглась и отодвинулась на полшага. Но ответила спокойно:

— Может быть, потом я тебе расскажу. Мы не настолько близки. Сначала надо определиться, куда мы идём по заданию Триады Лун.

Пегаска кивнула:

— Я бы хотела, чтобы мы стали ближе.

— Я знаю. Я — пока не могу. И прошу не настаивать — я вижу, что тебя ко мне тянет, и что в этом притяжении есть искра сексуального влечения. Но чем ближе ты пытаешься быть, тем мне тяжелее.

Кёсори ответила не сразу; повела обеими крыльями и покраснела.

— Меня настолько хорошо видно?

— Не хуже, чем тебе — меня.

— Но это не отказ?

Джентл помолчала.

— Нет.

Глава 12: Отдаление

♡ 🐝 ♡ 🐝 ♡

Мелоди уже давно не отмечала юбилеи. Праздничное настроение приходило к ней не глядя на номер круга или название эры. Иногда она понимала, что пора сменить истёршееся имя; иногда очередное имя покидало её само, как отделяется дочерний рой. Менялись поколения пони; её приглашали на кьютенеры, свадьбы и похороны, и иногда она соглашалась, хотя последние не очень любила. Нет сладости в печали и утрате.

Но для неё самой праздники не зависели от времени — длинного, туманного, запутанного времени. Праздник можно было сделать из любой радости, любого маленького и большого удовольствия. Например, теперь|когда она ожидала гостей, её праздником был торт. Вафельный, с черничным кремом, со щепоткой молотого кофе и сливочным сыром, как любила Солид Лайн — не признаваясь в этой любви и никогда не прося добавки. Мелоди знала, что жёлтой единорожки пока нет, но помнила, что она будет, и праздник был связан с нею.

Так говорили пчёлы, а они не ошибаются, пусть и слышат куда меньше, чем Луны. От центральной железнодорожной станции и на самый закат Синей Луны — уже довольно долго Мелоди предпочитала называть свою сторону от Метрополии именно так, в этом была своя красота — к ней направлялись двое с совместным вопросом от Лун, о чём она узнала из письма с печатью и от девятки пчёл, незаметно следующих за гостями. Мелоди не очень хотела портить первое впечатление взглядом из роя, и тем более ни в коем случае не собиралась пускать их к себе домой.

Так что принесла извинения времени за то, что собирается делать.

Среди множества возможных будущих она выбрала более подходящие, в которые всмотрелась пристальнее, а из них — одну ветвь с нужными признаками; ту, где она встретит гостей, но лишь на дальней границе своего домена. В этой ветви она сощурится и осмотрится. Тёмная прозрачная вода, дорожки белого мрамора, собранные в шестиугольные соты, цветение груш в стороне от дорожек и у самой кромки воды. Снаружи, за границами её одиночества, её семьи, тогда, как и всегда, будет снежная буря, и на лице и боках бледно-оранжевой земной пони будут резаные следы мелкого злого льда; глаза её будут слезиться, но Мелоди поймёт, что (у)видят её очень чётко, и что таиться смысла нет. Пегаска моргнёт:

— Это сон, да? И вы не аликорн?

Принюхавшись к их чувствам и убедившись, что именно эта ветвь — та, что ей потребна, Мелоди определила, что гости запомнят её, даже притом, что она не случится в основном потоке.

Мелоди подогнула ноги, чтобы казаться ниже, и ответила:

— Нет, это не сон. Это будущее, которое вероятно случится, или прошлое, которое уже случилось. Я давно уже не всегда могу их отличить. Аликорн? Тоже нет. Я бессмертна, как они, но я не они. Я не стала тянуть на себе весь мир. Мне хватит моей Старфолл и её друзей… и моих друзей. Вечно латать историю — не моё, проще подружиться со временем…

Она знала, что не успеет закончить мысль и потом её забудет, но останавливаться, чтобы не перебили, не было смысла, так как это ещё сильнее нарушило бы поток; тем не менее прозрачные крылья Мелоди дрогнули, прожужжали, и две пчелы запутались в оранжевой шерстке гостьи за два удара до того, как та вклинилась:

— Чёрная Луна сказала, что ты можешь защитить от Красной!

...боль, ожог, тяжёлый гнилостный запах…

Мелоди моргнула.

— Именно так она сказала?

Земнопони взглянула на серовато-белую пегаску; та повела крыльями и фыркнула, ответив:

— Мы не помним, примерно так. Это место отмечено на Её карте.

— Ох, — Мелоди поняла, что не знает, что сказать. У неё самой никогда не-было-не-будет защиты от Красной — ни амулетов, ни чар, ни заклятий… Только укрывшись в своей семье и своей деревне в отсечённом участке пространства-времени сама она вместе с близкими была в относительной безопасности. Но было совершенно нечем защитить кого-то, кто собирался уходить вовне.

Она спросила, уже услышав отказ — нет, у нас свой путь, и нам ещё будить Солид Лайн — и удивлённо спросила про Солид раньше времени:

— Я смогла бы вас защитить, если бы вы остались здесь, со мной, среди пони моей семьи… Солид Лайн?.. Так она жива?..

Мелоди снова раздраженно дрогнула тонкими крыльями, выслушав отказ вторично, нота-в-ноту как в оригинале.

— Просто спит. — Это хорошо, наверное? — Да жива. — Что ты имеешь в виду? — голоса гостей смешались и спутались в ушах Мелоди, когда контакт с выбранной ветвью на мгновение ослаб. 

Мелоди попыталась извиниться:

— Я живу слишком долго, и не всегда могу отличить прошлое от будущего. Простите.

Земная пони улыбнулась:

— Если она проснётся, я о ней позабочусь. Это моя профессия. И ничего страшного, я понимаю. Обидно, что у вас нет защиты… мы шли сюда… — она нахмурилась, пытаясь сообразить, — пока нисколько, так что ли? Или полтора цикла… спали под открытым небом в глуши, отгоняли снежных призраков… и что, впустую?

Мелоди замерла, лихорадочно думая и скользя по вариантам времени, подключив к разуму крупнейший рой. Разочаровать подопечную и тех троих, вплетённых в расчёты подопечной, очень не хотелось. Девятки вариантов, каждому свой аккорд времени, сплетались в равномерный серый шум, что нарастал и отдалялся подобно жужжанию пчёл.

...и ничего не нашла.

Мелоди попыталась заглянуть глубже… время раздраженно оглянулось на неё и подняло копыто в запрещающем жесте… но мне надо!

...всё ещё ничего.

Она понурила голову… подняла и опустила нежно-розовое копыто. И, едва не плача, выдохнула:

— Нет. Не могу. Я не знаю. Если вы никак не хотите остаться здесь, то я просто не знаю, как защитить вас. Может быть, она имела в виду, что вы должны сами найти то, что вам поможет? Моя воспитанница не ошибается, особенно в таких вещах, но её советы не бывают простыми.

Земная пони подошла и сочувственно обняла её. Пегаска фыркнула, задрав нос.

— Хорошо. Спасибо за честный ответ, Мелоди, — сказала пони, разделившись на две полупрозрачных фигуры; одна из них осталась в объятии, вторая — отошла в сторону. Мелоди дёрнула головой и постаралась сосредоточиться — время истекало.

— Мы приедем… или приехали? В общем, когда порядок вещей будет нормальным, мы побудем с тобой, и посмотрим вокруг. Может, найдём... 

Пегаска кивнула, всё ещё сердито и резко.

— Что-то, чему Мелоди даже не придаёт значения. Как-то же она тут живёт, и не боится Красной. Два к одному, что ответ будет именно таким.

— Принимаю ставку, — ответила земная пони.

— Ну, в любом случае у меня для вас был торт. Будет, правильно? — виновато спросила Мелоди. Она начала отключаться от выбранной ветви.

Судя по выражению их лиц, обе будут не против торта после долгого похода — и Мелоди подумала, что будущее угощение, наверное, загладит её вину.

За три удара до того, как они развернутся и уйдут, Мелоди попробует на вкус их чувства: лавровый лист — готовность защитить и укрыть, встать против любого врага, и лёгкая кислота забродившего винограда — неуверенность, желание обрести силу и похвалу старших, и нечто более тёмное и пьянящее, и острая неловкость перед собой из-за определённого события именно на этой ветви, по которой пони не вернутся сюда.

Но к тому времени Мелоди была, и будет, слишком далеко по течению ветви, и с каждым следующим ударом терпение времени иссякало, и всё сложнее было удерживать внимание. Так что она сосредоточилась на ней, очистила от всех побочных ветвей, упростила до единичной нити, которую с лёгкостью смогут понять юные пони, и отправила её видением для своих пока ещё далёких гостей.

Что важнее всего, сам акт создания этого пророчества означал, что это будущее не произойдёт и не состоится, а значит — домен останется в безопасности от посторонних.

Глава 13: Конфронтация

⊛⊛⊛

Будущее упруго и звонко схлопнулось, затрепетало — Джентл Тач вспомнила, что кофе будет слишком холодным, но придётся пить так, потому что деньги могут ещё пригодиться — и стало настоящим. Она стояла у окна поезда, глядя на невысокие холмы с плоскими вершинами. Насколько хватало глаз, на каждом из них возвышалась белоснежная арка энергосистемы, окутанная свечением розовых кристаллов. Мало кто из пони рисковал селиться здесь — вот и сейчас розовая молния соединила две арки на тысячи шагов друг от друга, пролилась дождём игл вдоль найденного ею канала, и тонкий снежный покров вдоль линии истаял, обнажив выжженную землю.

Мелоди тоже была розовая… или будет? Она помотала головой, вспомнила высокую не-совсем-пегаску с тонкими прозрачными крыльями и матово поблёскивающей лентой хитиновых чешуек вдоль хребта; как Мелоди то надолго замолкала, то отвечала на вопросы едва ли не раньше, чем они прозвучат.

До встречи оставалось ещё три цикла — один и две трети на поезде, остаток — пешком через снежную пустыню. Заныл левый бок, Джентл переступила и взглянула на него — рваной раны ещё не было, и в глазах ещё не рябило от снега — но всё же она проморгалась, и стало легче.

Она направилась к купе и столкнулась с выходящей из него Кёсори Стрик; вспомнила, что так и будет и попыталась отшагнуть заранее — безуспешно. Пегаска метнулась в сторону, заняла приличествующую дистанцию в пять шагов, и с чуть приоткрытыми крыльями развернулась лицом к Джентл.

— Нам стоит обсудить стратегию, — сказала Кёсори, и голос её грозил вот-вот сломаться, как достаточно прочный озёрный лёд под копытами Джентл двумя циклами позже.

Джентл наклонила голову:

— Прости, но что тут ...снова… обсуждать? Мы доберёмся до неё, осмотримся на месте и поймём, что именно может послужить нам защитой от Красной. Как и собирались.

— А также: по дороге ты будешь ранена, — Кёсори припала на передние ноги, распахнула крылья — по ним прокатилась едва заметная жемчужная волна, — И я не успею тебя укрыть.

Джентл вздрогнула, переступила левой задней ногой — не было повода для боли, но… — и шагнув вперёд, ответила:

— Да. Но ты же помнишь, что я справлюсь и смогу залечить эту царапину…

Кёсори подняла бровь, но Джентл настойчиво продолжила:

— Царапину, я сказала! И потом...

Она покраснела; Кёсори не отвела взгляд.

— Вот именно. Я тоже помню, что будет потом, и… именно поэтому нам стоит свернуть с пути.

Тебе настолько не понравилось? едва не спросила Джентл.

Она опустила уши и, на пару ударов прикрыв глаза, вгляделась в паутинчатую радугу Кёсори. Желание исправить ошибку, быть лучше, чем она есть… и, конечно, стремление защитить подопечную от любого вреда… и неловкость из-за будущего, которую они делили на двоих. Джентл взъерошилась, и сердито ответила:

— Допустим. Мне понятно твоё желание. И что ты предлагаешь?

— Выйти на ближайшей станции и отправиться будить Солид Лайн.

Джентл помотала головой, но Кёсори настойчиво продолжила:

— Помнишь, как Мелоди переспросила про Солид? Ей важна эта пони, всем будет лучше, если мы вернёмся к ней полным отрядом, а не так — впустую.

— А как же защита? Отражения найдут нас, не сейчас, так потом…

Кёсори улыбнулась:

— Мы справимся с ними. Мы неплохо работаем в группе, и им нас не одолеть.

Джентл помотала головой:

— Это пока. В следующий раз они учтут прошлые ошибки. А если мы привлечём внимание самой Красной…

— То без Солид Лайн нам не обойтись. Втроём мы тем более их победим. Во-первых, слабых Вестников не бывает… а во-вторых, это же Чёрная Луна! У неё наверняка есть тайные знания, о которых мы даже не слышали!

— Это какие такие? Она проспала двойные девятки кругов! В её времена никто не знал практик...

— Не разбудишь — не узнаешь, — Кёсори сместилась ближе, — Я повторю, она Вестник Чёрной Луны. Ты хоть что-нибудь  о них слышала? Ты вообще знала, что они были, пока сама Электра не сказала?

Джентл сглотнула и отвела взгляд.

— Я тоже не знаю. — неожиданно мягко сказала Кёсори. — Но по мне, отряд должен быть полным. Это правильно и… так, как следует быть. И вообще, если читать служебные заметки, то они в основном не рекомендуют работать с проблемой в неполном списочном составе, — она улыбнулась.

Джентл опустилась, укрыла голову передними копытами и вздохнула; тихо ответила:

— Хорошо. Пусть будет так, как ты говоришь.

Джентл отчётливо чувствовала, что они совершают ошибку, но сил спорить со старшей не было.

Она была маленькой, слабой и беззащитной пони, и кофе, который принесла ей Кёсори, действительно был ледяным.

Оставить комментарий

Останется тайной.

Для предотвращения автоматического заполнения, пожалуйста, выполните задание, приведенное рядом.