Автор рисунка

Утраченное время / Lost Time — главы 6 и 7

150    , Февраль 12, 2018. В рубрике: Рассказы - отдельные главы.


Автор картинки — sketchyjackie

Автор: Bookplayer
Перевод: Cloud Ring
Вычитка: Shai-hulud_16

Оригинал
Начало

Глава шестая
С нетерпением

На следующий день, позавтракав, Рэйнбоу отправилась в Понивилль, чтобы поговорить с Твайлайт.

Конечно, на самом деле всё было не так просто. Надо было собрать Лифа и Сайдер в школу, то есть найти домашнее задание Лифа в залежах бумаги и блокнотов в его спальне, и проверять сумки Сайдер каждые пятнадцать минут, чтобы в них совершенно случайно не просочились лётные очки — Эй-Джей и Рэйнбоу сказали ей, что из дома очки больше никуда не уйдут до самой отправки в лагерь. Рэйнбоу не меньше пяти раз доставала Ская из-под потолка. К счастью, Эпплджек согласилась присмотреть за ним утром — но Рэйнбоу пришлось поклясться всеми Принцессами Эквестрии, что она вернётся домой к обеду и компенсирует Эй-Джей полтора дня работы с ребёнком на боку.

Но после этого Рэйнбоу отправилась в Понивилль, чтобы поговорить с Твайлайт.

Спайк впустил её в замок. В прошлый раз его не было дома; за пятнадцать лет молодой дракон заметно изменился. Рэйнбоу не могла не глазеть на него — морда Спайка была длиннее, сам он — выше Рэйнбоу, и вообще он выглядел не как «милый дракончик», а как «эй, Спайк — долбаный дракон».

— Что-то к чешуе прилипло? — спросил Спайк по дороге к библиотеке, обнажив ряд вполне драконьих зубов.

Рэйнбоу моргнула:

— Эмм… нет. Ты выглядишь… нормально! Совершенно нормально, как всегда, с тех пор как стал огромным.

Спайк рассмеялся:

— Я знаю, что с тобой происходит, Дэш. И всепони тоже знают, если ты не можешь притворяться получше.

— Обычно я справляюсь, — Рэйнбоу покачала головой. — Остальные не выросли на пять футов и не отрастили зубы с мои перья длиной.

— Ну, они полезны, — пожал плечами Спайк. — У пони толстая шкура.

Рэйнбоу замерла, широко открыв глаза.

Спайк посмотрел на неё пару секунд и согнулся пополам от хохота:

— Даже не верю, что ты повелась! Не терпелось опробовать эту шутку с той минуты, как Твайлайт сказала мне… — Спайк унял смех. — Я всё ещё ем камни. Твайлайт говорит, я крупнейший торговый партнёр Кристальной Империи.

— Во всех смыслах, да? — Рэйнбоу посмотрела на него и фыркнула. Он рассмеялся и открыл дверь в библиотеку:

— Если Твайлайт отправит тебя назад, постарайся быть со мной повежливее, хорошо?

Она улыбнулась и слегка толкнула его:

— Я буду дарить тебе самые крутые подарки на день рождения.

— Удачи! — ответил тот, отправившись по коридору по своим драконьим делам. Наверно, за комиксами.

Твайлайт сидела за столом в библиотеке. Рэйнбоу подлетела к ней, чтобы посмотреть, над чем та работает, и обратилась:

— Приветик, Твай. Как там?

Твайлайт тяжело вздохнула и уронила голову на стол.

Рэйнбоу нахмурилась:

— Прям настолько хорошо?

Покачав головой, Твайлайт отвернулась от стола. Она выглядела измотанной.

— Я исключаю магическую амнезию. По моим подсчётам, вероятность, что твой мозг был заметно повреждён, а потом дикая магия с идеальной точностью восстановила его по состоянию пятнадцатилетней давности без опорных точек, не считая воспоминаний, настолько мала, что о ней едва ли стоит говорить. То есть, остаётся путешествие во времени, что соответствует воспоминаниям Эй-Джей о вашем первом свидании, над чем я и работаю. Но… — она замолчала и снова покачала головой.

— Но ты не можешь это исправить? — спросила Рэйнбоу, чувствуя как тает надежда и опускаются уши.

— Дело даже не в том. Я всё ещё пытаюсь понять, нужно ли это исправлять! — Твайлайт закатила глаза и резким жестом указала на стол.

Рэйнбоу моргнула:

— Эмм. Я могу подсказать. Да, нужно.

— Всё не так просто… — вздохнула Твайлайт.

— Почему? — спросила Рэйнбоу, подозрительно взглянув на Твайлайт. С одного копыта, всё определённо было просто. С другого, она начала готовиться. Когда Твайлайт Спаркл говорит о чём-то, что оно не так просто, наверное, в дело пойдут теории с именами древних мёртвых единорогов, и математика, в которой даже цифр нет.

Твайлайт глубоко вздохнула:

— Нам известны два вида путешествий во времени. Чаще встречается закрытая петля, именно такую петлю изначально разработал Старсвирл Бородатый. Если ты перемещаешься назад или вперёд во времени, все события, которые приводят к самой далекой точке будущего, что ты видишь, жестко фиксированы. Всё, что ты говоришь себе или делаешь, чтобы предотвратить это будущее, не просто бесполезно — оно необходимо, чтобы будущее состоялось. Ты принимаешь решения, но все они уже учтены судьбой, точно так же, как твоя кьютимарка. А открытая петля — случай, когда что-то сломало время. Тогда ты можешь менять прошлое, но будущие времена нестабильны. Это приводит к множеству сложных проблем и парадоксов.

— Если твой разум находится в открытой петле, то практически он был обязан поменяться местами с твоим «старшим» «я», потому что кто-то уже прожил твою жизнь, в твоём теле, вплоть до этого момента. Но это была не ты, так что если я отправлю в прошлое тебя, может случиться катастрофа. Ты можешь начать действовать по-другому, и твои дети никогда не родятся, всё, что мы успели сделать в этот период, может не случиться, или пройти иначе. Я… я не знаю, честно ли рисковать жизнью Лифа, чтобы вернуть тебе пятнадцать лет. С другого копыта, выбор, какую жизнь прожить, должен оставаться за тобой, и если при этом Лифа не будет, или Эквестрия станет безжизненной пустошью… Дать тебе свободу выбора — это будет честно.

— Не говоря уже о том, что если мы не отправим тебя обратно, это будет означать, что часть тебя каким-то образом застряла в пятнадцатилетней временной петле. Будущее, или настоящее с нашей точки зрения, может меняться с каждым её циклом, в котором она будет действовать по-разному. В конце концов одни и те же пятнадцать лет доведут пони до безумия, не так ли?

Рэйнбоу широко открыла глаза. Она поняла по пять или шесть слов из каждого предложения, но эти слова были ужасны.

Твайлайт увидела её взгляд и согласно кивнула.

— К счастью, есть магия, которую мы можем использовать, чтобы понять, находишься ли ты в открытой петле. Я видела эту магию, когда Старлайт Глиммер отправила меня в такую петлю: Зекора с её помощью распознала, что я в неправильном будущем. Если ты в открытой петле, то твой разум находится в неправильном будущем — тебя здесь не было, ты не принимала решений, ведущих в эту точку.

— И... это хорошо? — спросила Рэйнбоу.

— В общем, да. Сейчас Зекора путешествует в южных джунглях, так что уйдёт время, чтобы получить рецепт зелья, — Твайлайт подняла бровь. — Замечу, что с помощью зелья я узнаю, не чейнджлинг ли ты, так что если ты вдруг хочешь чем-то со мной поделиться…

— А если даже и так? — нахмурилась Рэйнбоу.

Твайлайт фыркнула:

— Сейчас я предпочла бы такой вариант. С этической точки зрения ситуация была бы намного проще, чем эта бессмыслица с временными петлями.

Она продолжила:

— Если это закрытая петля, всё проще, но проблемы остаются. Что бы ни случилось в будущем, оно обязано произойти. Я просто не знаю, что именно, и приму ли я в этом участие. Есть более важный вопрос, о котором на прошлой встрече беспокоилась Эпплджек: в закрытой петле мы знаем, что всё, что обеспечивает замыкание петли, было и будет в полном порядке, но не знаем, что будет дальше. Мы не знаем, что случилось с той версией тебя, что жила здесь, и не знаем, можно ли вернуть её назад.

Твайлайт глубоко вздохнула и взглянула на Рэйнбоу большими жалобными глазами.

— В таком случае есть очень заметная вероятность, что то, что отправит тебя назад в прошлое… убьёт тебя здесь. И мне предстоит это исполнить? То есть, как я могу искать ответ, если он может вынудить меня на этот поступок? Не говоря уже, что это коснётся Эй-Джей, и ваших детей, и наших друзей?

Твайлайт нахмурилась и покачала головой:

— Чем больше я думаю, тем хуже всё выглядит.

— Не думай! — тут же крикнула Рэйнбоу, напугав и себя, и Твайлайт.

Твайлайт несколько раз моргнула и собралась с духом.

— Итак, мы пришли к тому, от чего ушли, не так ли? Стоит ли мне вообще решать эту проблему?

— Я не знаю! — Рэйнбоу потёрла мордочку копытом. Вздохнула. — Может, и не стоит. Может, я этого заслуживаю.

— Рэйнбоу, это был несчастный случай, — мягко сказала Твайлайт. — Ты ни в чём не…

— Я упала, потому что пыталась поторопить вольт-яблоки, чтобы Эй-Джей освободилась и пошла со мной на свидание раньше, — непроизвольно выпалила Рэйнбоу.

Твайлайт уставилась на неё.

— Что?

Рэйнбоу зависла в воздухе:

— Тем утром, пятнадцать лет назад, Эй-Джей сказала мне, что должна отложить свидание ради сбора вольт-яблок. Так что я решила их… ускорить. Полетела в Вечнодикий лес, и… немного пнула погоду…

— Пнула погоду? — спокойным тоном уточнила Твайлайт.

— Я… — Рэйнбоу почесала загривок. — Я подхватила ветер и запустила торнадо в центре шторма. Я просто хотела его ускорить, но… поэтому шторм прошёл по ферме с такой силой, что я упала, поэтому я здесь, и поэтому сломалось расписание знаков.

Твайлайт кивнула:

— Ладно. Это кое-что объясняет. А также добавляет несколько вопросов. Например… о чём ты вообще думала?!

Рэйнбоу опустила голову и закусила губу. Искоса взглянула на Твайлайт:

— О том, что чем раньше у нас с Эй-Джей будет свидание, тем быстрее у нас с ней будет секс?

Твайлайт сделала несколько глубоких вдохов и успокоилась, по крайней мере внешне.

— Ладно. Ты была моложе и намного тупее.

— Для меня это было четыре дня назад, — напомнила Рэйнбоу.

Твайлайт подняла бровь:

— Знаешь, мне не кажется, что в высказывании есть ошибка. В особенности учитывая, что ты не посчитала эту деталь достаточно важной, чтобы упомянуть о ней, когда я спросила обо всех подробностях и деталях, касающихся времени перед падением.

— Я не могла сказать тебе при Эй-Джей! — возразила Рэйнбоу. — Она бы меня убила!

— Она тебя не убьёт, но вероятно, будет очень злиться. Но то, что её жена ей врёт, ей тем более не поможет! — Твайлайт раздраженно взмахнула копытом.

— Вот поэтому ты должна всё исправить, пока мне не пришлось признаться! — ответила Рэйнбоу, приземлившись перед Твайлайт.

— Ладно… — Твайлайт вздохнула. — Теперь у меня есть новые данные, но они не особенно меняют этическую сторону вопроса.

Рэйнбоу подумала.

— Ну, ты должна сделать тот магический тест, да? Чтобы понять, открытый это или закрытый временной ящик, или как там.

— Открытая или закрытая петля, — поправила Твайлайт. — Верно.

Рэйнбоу продолжила:

— Тогда, если оно закрытое, то на самом деле не важно, так? То есть, если я должна отправиться назад, я отправлюсь назад, что бы вы ни делали, и если назад меня должна отправить не ты, то это не сработает.

— Хорошая мысль… — Твайлайт кивнула. — В закрытой петле главное делать то, что ты и так бы делала. Думаю, разумно, что я хотя бы попыталась бы найти способ отправить тебя назад, а результаты сложатся так, как они должны сложиться… — сказала Твайлайт, тасуя магией заметки на столе.

— И… если мне следует отправиться назад, то я должна, не так ли? Если даже при этом я не знаю, вернётся ли «будущая я», то всё равно именно так я женилась на Эй-Джей, мы родили детей и всё такое. — Рэйнбоу сделала самую невинную мордочку, чтобы сгладить очевидный скептицизм Твайлайт.

— Угу. — Твайлайт нахмурилась и на секунду задумалась. Потом кивнула:

— Ладно. Вот что я сделаю. Я постараюсь найти способ вернуть тебя назад. Если я найду его, и если мы в закрытой петле, то очевидно, что именно это и должно произойти. Но если мы в открытой петле… тогда я уничтожу свою работу. Я не могу рисковать, Рэйнбоу. Я видела слишком много ужасных вариантов будущего, куда заводят открытые петли. Может, это будущее и не лучшее для тебя лично, но оно хорошее для слишком многих пони, и я не буду его менять, если не случится что-то плохое. Тебе придётся с этим жить.

Рэйнбоу сглотнула:

— Хорошо. Это честно. И… может, будет не так и плохо. Я поговорила с Эй-Джей о мысли вернуться в Вандерболты.

Твайлайт задержала на ней строгий взгляд, и спросила:

— Как дела у Эй-Джей?

Рэйнбоу моргнула:

— Эй-Джей? В порядке. То есть, ей сложно, потому что у меня постоянно проблемы с детьми, но она отлично справляется.

— А как насчёт ваших отношений? С ними тоже проблемы? — Твайлайт просмотрела заметки на столе и взглянула на Рэйнбоу.

Рэйнбоу закатила глаза:

— Ну, если честно… отношений почти нет. Это cтранно… мы вроде как женаты, но, типа, не влюблены.

Твайлайт снова нахмурилась, но кивнула:

— Вы об этом говорили?

— Не то чтобы, — Рэйнбоу пожала плечами. — То есть, какой смысл, если я вернусь назад, правда же?

— Рэйнбоу… — Твайлайт покачала головой. — Ты должна поговорить с ней. Я знаю Эй-Джей дольше тебя, но ты-то тоже её знаешь . Если что-то её серьёзно беспокоит, она не покажет печали или страха, и ничего тебе не скажет, чтобы не нагружать тебя. Она просто будет терпеть боль.

Рэйнбоу закусила губу. В общем Твай верно говорила про характер Эй-Джей, но...

— Слушай, я не знаю, что ей сказать. Если ей больно, то ничего, что я скажу, не сделает ей лучше. И с виду она в порядке, так что… зачем открывать эту банку с червями? Может, будет лучше, если мы сделаем вид, что проблем нет.

Твайлайт на секунду задумалась:

— Может, мне самой стоит поговорить.

— Если хочешь, — пожала плечами Рэйнбоу.

Твайлайт только вздохнула в ответ.

— Что?

— Ничего, — Твайлайт покачала головой, но посмотрела на Рэйнбоу так, как будто было совсем не «ничего». — Но, Рэйнбоу, хотя бы… попытайся позаботиться о ней. Ей это нужно сильнее, чем ты думаешь.

— Эй, я о ней забочусь! Смотри, сегодня вечером я возьму себе Ская, так что она сможет заняться вольт-яблоками! — напомнила Рэйнбоу.

— Я не совсем об этом, — ответила Твайлайт, снова быстро взглянув на Рэйнбоу.

— Ну, именно это ей нужно. Ты знаешь, как она относится к своей работе. — Рэйнбоу беспокоила мысль, что на самом-то деле она понимает, что имеет в виду Твайлайт, но увиливает. — Я… пойду займусь Скаем. А ты бы продолжила работать. Спасибо за помощь!

— Не за что, — ответила Твайлайт, но всё ещё была обеспокоенной. — Ты знаешь, я сделаю всё, что смогу.

Рэйнбоу улыбнулась:

— Конечно. Мигом всё наладится. Увидимся!

Она покинула замок чуть быстрее, чем обычно, и взмыла в небо, оставляя за собой радужный след. У неё ещё было время до возвращения домой, но перед встречей с Эй-Джей надо было прочистить голову. Иначе пришлось бы запомнить, что сказала Твайлайт.

***

Рэйнбоу не совсем понимала, что делать с Эй-Джей, но в кои-то веки семейная жизнь пошла ей на пользу. Вечером, пока Эпплджек работала в саду, Рэйнбоу и Скай взяли Танка на прогулку и отлично повеселились, гоняясь за черепахой по амбару. Скаю забавнее всего на свете было видеть, как Танк вытаскивает и прячет голову в панцирь, и Рэйнбоу признала — его искренняя радость, не слабеющая, сколько раз Танк ни повторял трюк, даже мила.

Лиф и Сайдер пришли домой, они перекусили, занялись домашними заданиями и играми. Потом решили сделать ужин, настоящий ужин, чтобы помочь Эй-Джей после длинного дня. Рэйнбоу была не то чтобы крута в готовке, но могла сделать макароны, и вместе с Лифом, Сайдер и рецептом они осилили очень неплохой томатный соус. Когда Эпплджек пришла домой, её ждал горячий ужин, что подняло ей настроение.

Когда вечерняя суета поутихла, Рэйнбоу воспользовалась тем, что дети больше ничего не просят, и спряталась за книгой про Дэринг Ду. Потом они пошли в кровать, Эпплджек взяла себе какой-то гроссбух и за остаток вечера сказала только,что лётные очки стоят слишком уж много для двух кусков пластика и кожаной ленточки. Рэйнбоу ответила, что обычно пони не покупают их дважды за неделю.

Следующий день был почти таким же, пока в обеденное время Рэйнбоу не заметила, как Твайлайт направляется к ним в сад.

Рэйнбоу знала, что Твайлайт собирается поговорить с Эпплджек, она же предупредила об этом. Ей хотелось проследить за ними, но Скай спал, так что Рэйнбоу должна была сидеть дома, пока он не проснётся.

Она не понимала, о чём Твайлайт собирается говорить с Эпплджек, ведь говорить-то было не о чем. Эпплджек не захочет, чтобы Рэйнбоу на самом деле была её женой, это же не просьба быть мамой ради детей. И ведь Рэйнбоу даже не настаивала на сексе, догадываясь, что секс — не то, что Эй-Джей нужно.

Твайлайт попросила Рэйнбоу позаботиться об Эй-Джей, но ведь ей не нужна забота. С ней всё хорошо, работа в норме, дети в норме… ладно, может, она предпочла бы, чтобы Рэйнбоу была постарше, но с этим ничего не поделаешь.

Кроме того, именно Рэйнбоу надо было управляться с непрошеной жизнью. Для Эй-Джей изменилась одна мелочь, а Рэйнбоу надо привыкать к совершенно новому миру, и она в норме. Ей не нужна забота, и значит, об Эй-Джей тоже заботиться не нужно.

Когда Рэйнбоу сделала этот вывод, ребёнок проснулся, и работа с детьми заняла её до вечера

***

Тем же вечером, когда Эй-Джей укладывала Ская, Сайдер и Лиф утихомирились и у Рэйнбоу появился шанс пробраться в комнату, которую она делила с Эй-Джей. Она собиралась сделать это с момента падения, но дети отнимали много времени.

Она открыла нижний ящик шкафа и вытянула лётный костюм Вандерболтов. Положив его на кровать, развернула, разгладила сгибы. Затем благоговейно развернула, накинула на спину и протянула ноги в штанины. И наконец застегнула и потянулась.

Над шкафом висело зеркало, она подлетела к нему и посмотрела на парящее отражение. Она выглядела идеально. Несколько раз она летала с командой в резервном составе, но этот костюм… был её собственным. Именно так выглядела Рэйнбоу Дэш-Вандерболт.

Она крутилась перед зеркалом, чтобы оценить себя со всех сторон, когда услышала голос от двери.

— Дэш, ты не знаешь, где Лиф… — Эпплджек замерла, уставившись на неё. Потом прислонилась к дверному косяку. — Ты всегда смотрелась в этой форме.

— Спасибо, — Рэйнбоу с улыбкой обернулась. — Знаешь, ты тоже неплохо выглядишь…

— Спасибо, — откликнулась Эпплджек, не отрывая взгляда.

— Я… мм… видела, что ты говорила с Твайлайт, — сказала Рэйнбоу, отвернувшись к зеркалу. — Что ей понадобилось?

Эпплджек пожала плечами.

— Она хотела узнать, как у нас дела.

— И что ты ей ответила? — спросила Рэйнбоу, глядя на Эпплджек в отражении.

Эпплджек на секунду нахмурилась, потом вздохнула и покачала головой:

— Сказала, что не знаю. Я не собираюсь врать Твайлайт.

— И правильно, — кивнула Рэйнбоу.

— Ага, — Эпплджек поколебалась, затем шагнула в комнату и прикрыла за собой дверь. Начала мягким голосом:

— Дэш…

— Мне нужно сбросить вес. — быстро сказала Рэйнбоу, обернувшись на заднюю часть. — Жмёт в крупе.

Эпплджек моргнула. Потом улыбнулась и проследила за взглядом Рэйнбоу:

— Я не то чтобы против.

Что-то в голосе Эпплджек вызвало очень приятную дрожь. Рэйнбоу снова взглянула на Эй-Джей и подмигнула:

— Наверное, зависит от того, для чего ношу костюм. Для полёта, или… чего другого..

Эпплджек медленно подошла к ней, чуть приподняв бровь.

— Угадай мой выбор.

Рэйнбоу приземлилась перед Эпплджек. Опустила веки, всё ещё улыбаясь:

— Ты просто пытаешься отвлечь меня от Вандерболтов при помощи секса.

— Не-а. — Эпплджек улыбнулась и подошла ещё ближе, встав почти нос к носу. — Но как думаешь, сработало бы?

— Узнаешь на практике. — Рэйнбоу не могла не заметить, что костюм стал теплее, как будто его согревало дыхание Эпплджек на её мордочке.

Но это было мелочью в сравнении с волной тепла, нахлынувшей, когда Эпплджек крепко и страстно поцеловала её. Сердце Рэйнбоу забилось быстрее, рот приоткрылся, языки встретились и начали ласкать друг друга.

Потом они чуть отстранились, и Рэйнбоу смогла только прошептать:

— Ух ты.

— Ох, Дэш… — выдохнула Эпплджек, целуя ткань костюма и продвигаясь к уху Рэйнбоу. Прикусив его, она прошептала почти умоляющим тоном:

— Дэш… просто скажи, что ты меня любишь…

Это сбило Рэйнбоу с курса. Она быстро отступила назад, широко раскрыв глаза.

— Я… эмм...

Эпплджек стояла неподвижно, поднятая голова придавала её позе горделивый вид. Она спросила:

— Ты хочешь любить меня?

Рэйнбоу прикусила губу и нервно оглянулась. Глубоко вздохнула и попыталась пояснить:

— Я… хочу секса с тобой. То есть, если ты не против, я о тебе позабочусь.

— Прости, — мягко ответила Эпплджек. Опустив уши и голову, она медленно повернулась. — Мне не стоило… прости.

— Эй-Джей, подожди. — позвала Рэйнбоу, и Эпплджек обернулась через плечо. — Я имела в виду, попросить-то было можно. Я не сержусь. А ты?

Эпплджек вздохнула и покачала головой.

— Не-а. — и вышла за дверь.

Рэйнбоу взглянула на своё отражение в зеркале. Теперь этот вид будил другие чувства. Это был костюм сильных пони, властных пони, чемпионов в своей игре. Лучших из лучших. Но здесь и сейчас она не была лучшей из лучших. Чувствовала почти отвращение к себе, хоть и знала, что не виновата.

И что за вопрос про «хочешь любить?». Конечно, Эй-Джей привлекательна, но любви не хотят. Хотят секса, а потом иногда приходится разбираться с влюблённостью. По крайней мере, так полагала Рэйнбоу, по кино и прочему.

Она услышала шаги за спиной.

— Слушай, я точно не имела в виду… о, привет, — она с удивлением обнаружила за спиной нахмуренного Лифа.

— С чего ты решила это надеть?

Она улыбнулась:

— Просто смотрю, по размеру ли.

Он наклонил голову:

— Почему?

Рэйнбоу на секунду приостановилась, решая, что сказать:

— Присядь на минутку.

Она указала на кровать; Лиф подошёл и запрыгнул на неё, Рэйнбоу встала перед ним.

— Лиф, что бы ты сказал, если бы… я захотела вернуться в Вандерболты? То есть, это было бы круто, да? — она с надеждой улыбнулась.

Он приподнял брови:

— Ну… да… но это же много работы.

Мордочка Рэйнбоу слегка вытянулась:

— Да, но я буду неподалёку. А ты, может, даже и не заметишь, у тебя скоро будет кьютимарка, ты будешь работать с другими пони, — она улыбнулась, — или даже со мной и с командой!

— Я не об этом. — Лиф задумчиво покачал головой. — Я о том, что ты будешь отдавать себя Болтам на все сто процентов. Ты будешь лучшей. Именно это и значит — быть Вандерболтом.

— Именно, — Рэйнбоу выдержала соответствующую теме серьёзную мордочку, и сурово кивнула, стараясь не улыбнуться от неожиданной гордости. Она правильно воспитала сына.

Лиф кивнул в ответ:

— Но ты уже вкладываешься в нас на все сто процентов. Ты лучшая мама в Эквестрии.

Рэйнбоу моргнула, засомневавшись, точно ли ей подходит титул «лучшей мамы в Эквестрии». Может быть, через неделю или две. Но… сойдёт.

— Эмм… да.

— И ты справишься? — спросил Лиф.

Рэйнбоу улыбнулась:

— Ты знаешь, кого спрашиваешь?

Лиф уставился на неё, изогнув бровь:

— Мама, двести процентов — это очень много.

— Я справлюсь! — уверенно сказала Рэйнбоу. Может, чуть-чуть слишком уверенно.

Лиф почти не отреагировал, нахмурившись и продолжая думать. Потом взглянул прямо ей в глаза:

— Я знаю, что ты хочешь быть лучшей. Самой лучшей, какой только можешь. Как и я. Я никогда бы не пошёл в Болты, не зная, что дам им нечто совершенно потрясное. Нечто, достойное Вандерболтов, — он обозначил улыбку. — И ты тоже.

Рэйнбоу смотрела на улыбающегося жеребчика, и понимала, что ей все неуютнее и неуютнее. Она ненавидела, когда ей говорили, что она не справится. Это всего лишь повод доказать, что они ошибаются. Но в его словах и взгляде светилось искреннее уважение к ней. Она не могла разочаровать его. Не могла оказаться недостойной этого уважения.

— Ты знаешь, — она улыбнулась в ответ. — Просто пришла мысль.

Лиф кивнул и спрыгнул с кровати. Пошёл к двери, но приостановился, обернувшись.

— Ты и правда классно смотришься в этом костюме, мама.

— Спасибо, — ответила Рэйнбоу. Лиф вышел.

Она снова взглянула на отражение в зеркале. Лиф был прав, она смотрелась классно. Но больше не чувствовала себя классной.

Она расстегнула костюм, сняла его и сложила на кровать. Присмотревшись внимательнее, бережно выровняла все морщинки на ткани, чтобы в следующий раз он смотрелся так же хорошо. Потом аккуратно спрятала костюм в ящик шкафа.

Глава седьмая
Время вышло

— Нам надо поговорить, — сказала Эпплджек.

С того поцелуя на втором этаже прошло полтора дня, и жизнь уже почти казалась Рэйнбоу нормальной: опрокинутые чашки, быстрый сбор жеребят в школу, день гонок за Скаем, вечер за недочитанной книгой про Дэринг Ду, пока дети играют.

Изменилась только Эпплджек. С той ночи она стала какой-то притихшей. Не сердилась — то есть, повторяла, что не сердится, каждый раз, как Рэйнбоу спрашивала — просто стала немного задумчивой. Рэйнбоу не собиралась спрашивать, о чём она думает: наверное, о яблоках или типа того.

Рэйнбоу выглянула из-за книги, с которой улеглась, пока Скай спал, и поймала серьёзный взгляд Эй-Джей. Она… всё-таки, похоже, думала не о яблоках.

— Хорошо, — медленно сказала Рэйнбоу, опуская книгу. — Давай.

Эпплджек, вздохнув, взглянула в глаза Рэйнбоу:

— Для начала… прости за ту ночь. Зря я загнала тебя в угол. Мне надо было самой понять, что ты чувствуешь, ещё до твоего ответа, и я вовсе не виню тебя за такой ответ. Не повторится, обещаю.

Рэйнбоу пожала плечами, всё ещё немного боясь продолжения.

— Это норм. То есть… было странно, но мы же разобрались.

— Хорошо. Я хочу, чтобы мы остались друзьями, и нам надо постараться вместе — ради детей, — Эпплджек слегка нахмурилась и опустила взгляд. — Теперь второе… я считаю, тебе пора подумать о своём доме.

Рэйнбоу моргнула. Она жила здесь. Она только-только начала привыкать. Ей надо заботиться о детях. Она же не храпит, нет?..

Эпплджек продолжила, взглянув на неё:

— Я не выкидываю тебя на улицу прямо сию минуту, оставайся сколько хочешь. Я постелю себе внизу. Если хочешь, дам тебе битов, пока не встанешь на копыта. Твайлайт сказала, что не знает, сколько понадобится времени, и… и вообще, можно ли это исправить. Так что, считаю, пора подумать, как нам жить дальше. Нечестно притворяться, что мы женаты, когда… это не так.

Рэйнбоу нахмурилась:

— Мы и не притворяемся, что женаты. Мы, вроде как, просто не возражаем, если пони так думают.

— Мы спим в одной кровати, по вечерам сидим рядом, и растим общих жеребят, — напомнила Эпплджек.

— Это ничего не значит, — пожала плечами Рэйнбоу.

— Для меня — значит, — быстро и твёрдо ответила Эпплджек. — Я знаю, тебе не с чего так считать. Но мы были женаты одиннадцать лет, и для меня это важно.

— Ладно, — согласилась Рэйнбоу, в основном, чтобы выиграть время. Она чувствовала себя, будто лежала на уступе на середине крутого склона, и уступ шатался под ней. Она рухнула в этот странный новый мир, и теперь падала снова. Рэйнбоу Дэш не любила падать, иначе зачем же ей крылья. — То есть, меня не будет, чтобы помогать с завтраком, и вообще…

— Ну… ты так и так собиралась пойти в Вандерболты, — Эпплджек вздохнула. — Так что многое переменится.

— Но, типа, не сейчас же! — возразила Рэйнбоу. — И я ещё не решила…

Эпплджек пожала плечами:

— Дело твоё. Я просто знаю… — она приостановилась, но продолжила. — Мне надо, чтобы ты ушла.

— Но…

— Дэш, — резким тоном остановила её Эпплджек. Перебила себя, и сочувственно взглянула на Рэйнбоу. — Я сделаю всё, что могу, чтобы с тобой всё было хорошо — но свою-то жизнь мне тоже как-то надо выправлять.

Рэйнбоу уставилась на неё. Это было, типа, верно. То есть, на самом деле, точно верно. У Эй-Джей тоже иногда есть желания. Неясно, с чего ей нужно именно это. Но… спрашивать и сердить, наверное, лучше не стоит.

— Ладно… думаю, я найду облачный домик или…

— Лиф, — напомнила ей Эпплджек, — Место нужно такое, чтоб он мог тебя навещать.

— Верно, — кивнула Рэйнбоу. — Значит, комната в городе. Это… типа, хреново. Я вроде только начала привыкать…

— Ты сможешь, — Эпплджек печально улыбнулась. — Присмотришь жилье, я помогу с обустройством. Если хочешь, чтобы дети не мешались, или чтобы почаще были рядом, пока привыкаешь, мы всё сделаем.

Рэйнбоу нахмурилась:

— Детям это не понравится. Думаешь, они справятся?

Мордочка Эпплджек вытянулась, она прикусила губу. Секунду она очевидно сомневалась, но покачала головой:

— Должны справиться. Мы им покажем, что обе по-прежнему любим их, заботимся о них и друг о друге. Я совсем не хотела, чтоб с ними такое стряслось, но ведь и никто бы не хотел. Бывает и хуже.

— Наверняка мы хоть что-то можем сделать, — настойчиво ответила Рэйнбоу, сделав решительную мордочку. Одно дело уходить, когда не хочется ей самой, но дети…

— Нет, — прямо ответила Эпплджек. Потом сглотнула и опустила взгляд. — Ты не любишь меня, и не хочешь любить.

Рэйнбоу приостановилась лишь на секунду. — То есть, может, я могу…

Эпплджек подняла голову и взглянула яростно и прямо:

— Не смей врать, ты хочешь другого.

Рэйнбоу замерла, не отворачиваясь, под прямым, неуютно долгим взглядом Эй-Джей. Лгать было нельзя, совсем нельзя: в её зелёных глазах ясно читалось, что или Рэйнбоу вырвут одно за другим все перья, или Эпплджек расплачется. Второе тоже было чётко видно, и, на самом деле, пугало Рэйнбоу куда больше.

Она отвернулась к стенке:

— Какой смысл спрашивать, чего я хочу? Любовь — это чувство, а чувств не хотят, они просто случаются.

— Любовь — это чувство. А брак — нет. — Эпплджек вздохнула. — Иногда бывают сложные дни, и… тогда, может, ты не уверена, что любишь. Но ты знаешь, как всё должно быть, ты хочешь этого и работаешь ради этого. Мы так и делали, у нас были трудности, но мы обе знали, что хотим одного и того же, и работали вместе, чтобы сделать как надо.

Рэйнбоу снова взглянула на Эй-Джей. Та смотрела куда-то вдаль, но Рэйнбоу снова поймала её взгляд; гнев ушёл, и в нём стало ещё больше печали.

Эпплджек продолжила:

— Ты не хочешь стараться ради этого, и тебя не за что винить. Ты даже не понимаешь, чего мы хотели. Я не заставлю тебя работать ради того, что тебе, может, и вовсе не сдалось. И никогда не попросила бы о таком.

Рэйнбоу кивнула:

— А если будущая я вернётся? Я разозлюсь, что всё испортила?

— Думаю, она поймёт, — Эпплджек сглотнула. — И она сможет вернуться домой. Тогда я буду счастливей всех на свете.

— Если вернётся, то мы в закрытой штуке, — Рэйнбоу нахмурилась, задумавшись.

— Ась?

— Временная штука, как Твайлайт сказала, — Рэйнбоу махнула копытом. — Это значит, всё случится так же. Я всё равно влюблюсь в тебя, когда вернусь.

— Не знаю, о чём ты, но… — Эпплджек печально покачала головой. — Но мне бы очень повезло.

Рэйнбоу потёрла мордочку копытом. Всё это было как-то неправильно. Нельзя, чтобы Эпплджек была такой, ведь она нужна Рэйнбоу. С самого прилёта сюда Эпплджек была рядом и помогала разбираться. А теперь она говорит, что Рэйнбоу надо уйти, и, кажется, готова расплакаться. Эпплджек не плачет. И не подводит Рэйнбоу.

Они заботятся друг о друге, но Эпплджек не нужна забота, потому что с Эпплджек всё в порядке.

Рэйнбоу моргнула и взглянула на Эпплджек:

— Эмм… ты в порядке?

Эпплджек подняла брови:

— Дэш, я потеряла жену. Нет. Я не в порядке.

— Это… очень хреново, — удивлённо ответила Рэйнбоу. То есть, конечно, она это знала, но… но, конечно, Эй-Джей не в порядке. Рэйнбоу знала, что с их отношениями всё странно. Но странно было Рэйнбоу. Эпплджек было странно — и очень, очень плохо.

— Не твоя вина, — вздохнула Эпплджек. — И ничья.

Рэйнбоу опустила уши. Это, типа, была её вина. Но прямо сейчас она никак не могла признаться Эй-Джей в этом, так что просто мягко произнесла:

— Ага, но всё равно хреново.

— Дети здоровы, они будут с тобой видеться. И, может, когда-нибудь потом она ко мне вернётся, — Эпплджек чуть пожала плечами. — Как-то перетерпим.

— Да, но ведь это плохо. — Рэйнбоу нахмурилась. — Зачем терпеть целую жизнь?

— Не так уж и плохо. Пони справляются. — Эпплджек взглянула на потолок. — Тяжело только сейчас. То есть, сейчас, и потом ещё когда скажем детям.

— Я скажу. Ты не обязана, — быстро ответила Рэйнбоу. Будет больно, что дети расстроятся… теперь, подумав, ей на самом деле не хотелось идти к детям с этими словами. Но Эй-Джей точно не стоит это делать, она-то ни в чём не виновата.

Эпплджек покачала головой:

— Скажем вместе. Надо показать им, что мы обе в порядке

— Но ты-то нет, — напомнила Рэйнбоу.

— Я соберусь, ради вас всех. — Эпплджек глубоко вздохнула и чуть улыбнулась.

Видя эту улыбку, Рэйнбоу поняла, что всю эту неделю Эпплджек была в порядке для всех, даже когда была наедине с Рэйнбоу. Для всех, но не для себя. На секунду Рэйнбоу ощутила почти восторг. Как пони может так держаться, и даже ничего никому не сказать? При этом, хоть она и не понимала, насколько всё плохо, её сердце дрогнуло и напомнило, что ей стоило бы хоть что-то заметить. Эпплджек была её другом, и Рэйнбоу следовало о ней заботиться.

Но прямо сейчас она никак не могла помочь. Только уйти.

Рэйнбоу вздохнула:

— И… что и когда мы скажем?

Эпплджек посмотрела в сад через окно.

— Я почти готова к сбору, теперь ждём только знаков. Думаю, завтра сможем побыть все вместе, если не наступят вольт-яблоки. Тогда дети увидят, что мы на самом деле дружим, это не чушь, что мы ради них выдумали. А после ужина всё скажем.

— Звучит весело, — ответила Рэйнбоу. Потом через растущий в горле комок добавила: — То есть, кроме последней части. Но мне нравится, когда мы все вместе.

— Мне тоже. — Эпплджек вздохнула, кивнула, и поднялась на копыта. — Лады. Я пойду закругляться, и дам Маку знать, что завтра не приду.

— Хорошо. Встретимся за ужином, — Рэйнбоу проводила её взглядом. Несколько секунд сидела, не зная, что делать. Книга всё ещё лежала рядом, но читать, спасла ли Дэринг мир в очередной раз, было как-то незачем. Конечно, спасла, иначе кто-то бы это заметил. А как именно — Рэйнбоу сейчас читать не хотелось.

Она решила поискать Танка. Со Скаем они поиграют позже, а сейчас, пока Скай не проснулся, она может почесать черепаший панцирь. Танку это нравится. Он улыбнётся ей, и она будет знать, что ему хорошо.

Ей нужно, чтобы кому-то с ней стало хорошо.

***

На следующее утро вокруг Рэйнбоу шумел завтрак, но ей было совсем не до того. Она смотрела на Эпплджек.

Эпплджек двигалась быстро, укладывая последние готовые оладьи, наливая соус и отвечая на шутку про «тук-тук, кто там?» — и всё разом и одновременно, не сбиваясь, точно зная куда идти и что сказать, словно на сцене. Она была такой каждое утро и каждый обед, и притом почти постоянно улыбалась — как сейчас.

Хотя ей было плохо.

Рэйнбоу представила, на что будет похож завтрак у неё дома. Она могла пожарить яичницу. Неплохую яичницу, но опыт подсказывал — когда она отвлекается, например, на книгу о Дэринг Ду, обычно яичница подгорает. Она надеялась, что детям понравятся маленькие чёрные кусочки. Раньше они наверняка их не пробовали. Эй-Джей, наверное, всегда жарит яичницу как следует.

Может, попросить Эпплджек, чтобы поучиться у неё готовить. Эй-Джей наверняка с радостью поможет. Ей бы хотелось, чтобы дети и Рэйнбоу завтракали как следует. Фыр, если так подумать, иногда она будет подкармливать Рэйнбоу, чтобы та питалась нормально. Эй-Джей никогда про такое не забывает.

Даже когда ей плохо.

Она поняла, что возле стола почти всё стихло. Оба старших жеребёнка смотрели на неё.

Рэйнбоу моргнула. Эпплджек смотрела так, словно только что о чём-то её спросила.

— Эм… конечно, — ответила Рэйнбоу.

Эпплджек, Лиф и Сайдер хором расхохотались.

— Ма спросила, положить ли тебе оладушек на голову! — сквозь хихиканье пояснила Сайдер.

— А перед тем три раза спросила, сколько тебе класть, — с улыбкой добавила Эпплджек.

— О, — Рэйнбоу покачала головой, — Эм, четырёх хватит.

— Ты в порядке, мама? — спросил Лиф, накладывая оладьи в тарелку.

— Угу… — Рэйнбоу взглянула на Эпплджек, с улыбкой несущую к столу последнюю партию оладий.

— Ну что, дети, — сказала Эпплджек, усевшись за стол. — Как насчёт после завтрака всем сходить на озеро?

Лиф и Сайдер тут же подняли головы и расплылись в улыбках.

— Ты сегодня не работаешь? — уточнил Лиф.

Эпплджек покачала головой, отрезая Скаю кусочек оладьи:

— Мы готовы. Если только оба знака не придут сегодня, я свободна, что птичка.

Лиф широко улыбнулся:

— Круто!

— Ура! — подпрыгнула на сиденье Сайдер. — Я буду прыгать с такой высоты, что вы даже не поверите!

— Мама повесит облако там, куда тебе можно, — уточнила Эпплджек, накладывая себе завтрак.

Сайдер повернулась к Рэйнбоу:

— Повесь его совсем высоко, мама. Я буду воднопони, как прабабушка Смит.

— Мама, ты меня прокатишь на водных лыжах? — спросил Лиф.

Рэйнбоу не могла сдержать улыбку. Это звучало всё круче и круче.

— Спрашиваешь!

— Подкинешь меня, ма? — обратилась Сайдер к Эй-Джей.

— И меня! — тут же добавил Лиф.

— Конечно, — улыбнулась Эпплджек.

— Поиграем в Кловер Клевер? — спросил Лиф. — Только чур играем все, втроём не так весело.

— Думаю, посмотрим… может, пока Скай будет спать.

Сайдер наклонилась к Лифу и громко прошептала:

— Ма трусит, что не сможет поймать маму.

Рэйнбоу рассмеялась, частью из-за невинной мордочки Сайдер, а частью — из-за шокированной Эй-Джей.

— Я не трушу, что не поймаю вашу маму, — сказала Эпплджек, выпрямившись. — Во-первых, если бы и не могла, это неважно, пока всем весело и все играют честно. Верно, Рэйнбоу Дэш?

— Конечно, если ты салишь только жеребят, — усмехнулась Рэйнбоу.

Эпплджек закатила глаза:

— И во-вторых, мимо неё даже вслепую не промажешь. Она хлопает крыльями как вспугнутая утка.

— Эй! Я мастер пряток! — возразила Рэйнбоу.

Эпплджек подняла бровь и пояснила Лифу и Сайдер:

— Знаете, однажды она оделась ниндзя, забыв спрятать хвост.

Рэйнбоу махнула копытом:

— Меня никто не должен был заметить.

Лиф фыркнул:

— Поэтому ты решила оставить радугу на крупе?

— Ладно, может, это был не лучший мой план, — Рэйнбоу скрестила копыта и откинулась на спинку стула.

— А вот мне сдаётся, что как раз и был, — Эпплджек спокойно отпила кофе.

Рэйнбоу наклонилась через стол и указала копытом на Эй-Джей:

— Ну всё. Ты пойдёшь ко дну, ковпони.

— Сперва найди меня, — Эпплджек усмехнулась и взглянула прямо ей в глаза. На секунду словно и не было никаких детей, словно они остались вдвоём, бок о бок на стартовой полосе, как и должно быть.

— Ура! Мы сыграем в Кловер Клевер! — радостно пискнула Сайдер. Рэйнбоу искоса взглянула на неё, но кобылка ответила невинной улыбкой.

Эпплджек улыбнулась и покачала головой:

— Лады, доедайте и погнали.

***

Рэйнбоу прокатила обоих старших на водных лыжах, они перекусили, потом дети продолжили играть, а она перебралась на берег поближе к Эпплджек и Скаю.

— Приветки. Ну, как тут мой партнер? — она наклонилась к Скаю, который целеустремлённо набирал песок лопаткой и закидывал им плед и заднее копыто Эпплджек. Посмотрев на Рэйнбоу, он вернулся к своему важному делу.

— Похоже, собирается меня закопать. Медленно. — Эпплджек хихикнула, вытянувшись на пледе, желтая грива и хвост были распущены и сохли на солнце.

— И точно не боится трудностей. — ответила Рэйнбоу, устраиваясь на пляжном кресле. Она надела солнечные очки — так легче следить за детьми в воде, и, главное, сколько угодно разглядывать Эй-Джей.

Эпплджек смотрелась круто, никаких сомнений. Сухая шёрстка искрилась на солнце, а хвост и грива были чуть влажными — ровно так, чтобы выглядело спортивно и намекало на интересные совместные упражнения.

Приглядевшись, Рэйнбоу отметила, что Эпплджек полностью расслабилась, если не считать мордочки. Она переводила взгляд со Ская на старших детей и обратно, но время от времени без причин поджимала губы и явно напрягалась. Рэйнбоу напрягалась тоже, ей хотелось, чтобы Эй-Джей не делала такую мордочку.

— Отлично плавают. — сказала Рэйнбоу, в основном чтобы отвлечь Эй-Джей — на неё снова нашёл такой вид.

Эпплджек повернулась к ней и улыбнулась:

— Конечно. По-твоему, мы с тобой оставляли их торчать дома, когда ходили проветриваться на природу?

— Не зна-аю, Лиф уж очень привязан к своему блокноту, — усмехнулась Рэйнбоу. — Так понимаю, много общался с Твайлайт.

— Он умник, — кивнула Эпплджек и нашла его взглядом; Лиф подкрадывался к Сайдер из-под воды. — Я знаю, Твай и Черили подтянули его по математике для этих его трюков. Но Эппл Блум тоже всегда была умницей, это не повод жеребёнку упускать спорт.

Лиф вынырнул из-под воды и на секунду жеребята исчезли за завесой всплесков.

Рэйнбоу подумала о нём:

— Он получит кьютимарку по лётной теории, так? Трюки выходят классными.

Эпплджек улыбнулась:

— Ты так и говорила. Думаю, как он их кому-то покажет, так и поймёт, что ты его хвалишь не из лести.

— Угу, — Рэйнбоу кивнула. — А чего так?

— С ними забавно, — Эпплджек счастливо вздохнула. — Ты их учишь, они смотрят и повторяют, а потом всё равно всё выходит совсем не в ту степь. Думаю, мы обе пытались показать ему, что если постараться как следует, он будет потрясным. А он нас понял так, что если ты не очень потрясен, значит, плохо старался. Всё ещё не очень хорош для себя — а на самом деле просто задрал планку до небес.

Рэйнбоу притихла, думая о Лифе, и Эпплджек продолжила:

— А Сайдер не волнуют ни труд, ни достижения с рекордами. Если ей в удовольствие, то и хорошо. Этим очень напоминает Пинки. Но, думаю, со своей любовью к «Сладкому яблоку» она усвоит, как надо трудиться, и даже не заметит, как научилась.

— Интересно, каким вырастет Скай, — Рэйнбоу опустила взгляд на младшего жеребёнка. Тот обнаружил, что может закапывать и свои копыта, и забыл про Эпплджек ради нового проекта.

— В том и соль, разве нет? — Эпплджек широко улыбнулась. — Мы их учим, показываем мир, а потом смотрим — а у нас маленький пони, со своей головой, в ней свои мысли, и вообще.

— Звучит круто, — Рэйнбоу улыбнулась в ответ. Потом с кромки озера донеслась серия всплесков, и два мокрых жеребёнка пробежали к пледу. На Рэйнбоу и всё остальное полетели брызги — это жеребята встряхнулись, а Сайдер захлопала крыльями.

— Эй, осторожнее!

— Если что, у вас обоих полотенца, — спокойно напомнила Эпплджек, поднимаясь с пледа. Она подхватила ленточки и начала собирать гриву и хвост.

Лиф скорчил мордочку:

— Ага, но если я сейчас им вытрусь, оно намокнет, а потом вернусь в воду, и потом придётся вытираться мокрым полотенцем.

Сайдер посмотрела на него, моргнула, и пожала плечами:

— Просто забыла.

Она подобрала полотенце и перекинула его через спину, двигая под ним крыльями, чтобы просушить их.

Рэйнбоу взглянула на младшую — та сбросила полотенце и развернула крылья, пушистые как помпоны.

— Вечность пройдёт, пока мы вычешем их перед сном.

— Я буду сидеть тихо-тихо! — Сайдер подошла и потёрлась мордочкой.

— Обещаешь? — спросила Рэйнбоу, потёршись в ответ.

— Да, мама! — Сайдер смотрела большими глазами — то есть знала, что мама хочет услышать.

Рэйнбоу закатила глаза, краем уха отметила фырканье Эпплджек, и тоже невольно улыбнулась.

— А Скаю не пора спать? — спросил Лиф, смотря то на Рэйнбоу, то на Эпплджек.

— Агась, как раз пора, — согласилась Эпплджек.

— И потом мы играем в Кловер Клевер, верно? — продолжил Лиф.

Эпплджек улыбнулась и подняла бровь:

— Кажись, я сказала «посмотрим».

— Ага, но потом ещё говорила, что можешь меня поймать, так что тебе нельзя доверять. — Рэйнбоу опустила очки на нос и усмехнулась.

Эпплджек улыбнулась шире:

— Сахарок, с моим словом можно идти прямиком в банк. Дай только Ская уложу.

Рэйнбоу встала и размялась, пока Эпплджек отряхивала Ская и укладывала его в теньке так, чтобы присматривать из озера. Надо же подготовиться, чтоб Эй-Джей пришлось поднапрячься. Старшие жеребята снова забрались в озеро и начали спорить, где провести границы. Потом Рэйнбоу подплыла к ним и разобралась с этим.

Эпплджек присоединилась последней, как только Скай заснул в своей плетёнке в тени, и игра началась.

Первые раунды жеребята играли друг с другом. Хоть дети и старались достать взрослых, начиная выкрикивать «Кловер» раз в несколько секунд и по ответным «Клевер» приближаясь то к одной, то к другой, Эй-Джей и Рэйнбоу хорошо плавали и были спортивными пони. Даже не напрягаясь, было совсем не сложно уплыть от жеребят, если только не поддаваться. Рэйнбоу поддаваться даже не думала, её дети не приняли бы такой выигрыш. Эй-Джей, похоже, считала так же. Дети, не ноя, продолжали попытки.

Но в какой-то момент неторопливый темп слишком расслабил Рэйнбоу. Она не прислушалась, где находится Лиф несколько последних «кловеров», и когда поняла, что он в нескольких метрах, заметила, что зажата в угол игрового поля. Она вдохнула и попыталась пронырнуть под ним, но сквозь давление тёмной воды ощутила волны и потоки от быстрых движений, а потом копыто отчётливо достало её сложенное крыло.

Она всплыла на поверхность и услышала, как Лиф кричит:

— Я поймал маму! Точно поймал!

Эпплджек улыбнулась им с другого края площадки.

— Отлично, Лиф!

Он сиял. Рэйнбоу тоже улыбнулась. Он поймал её честно и заслужил победу.

— Ну что, теперь побыстрее? — и подмигнула, погладив его крылом.

— Ага! — крикнула Сайдер, хлопая крыльями в воде.

Лиф усмехнулся в ответ:

— Готов, если ты готова.

— Поехали! — Рэйнбоу зажмурилась и начала громко считать до десяти. Специально медленно, чтобы у детей было время. По озеру пронёсся шум, трое других пони рассыпались в стороны и выбрали места, но когда отсчёт закончился, над водой стояла тишина.

Рэйнбоу позвала «Кловер!» и прислушалась к откликам, потом поплыла напрямую к цели. Ловить детей слишком легко, они медленные и очень шумные — было слышно, как Сайдер старается не хихикать, тихо отплывая в сторону от места, где была. Рэйнбоу не нужна лёгкая победа, ей нужен вызов. Она отправляется за ковпони.

К счастью, в «Клевер» достаточно гласных, так что голос Эй-Джей чётко выделялся в хоре. Рэйнбоу приостановилась после долгого рывка и позвала снова. Эй-Джей срезала границу, Рэйнбоу подправила курс. На пути она позвала снова, и услышала отклик в нескольких метрах прямо перед ней, но следом был тихий всплеск.

Рэйнбоу остановилась и услышала новый всплеск слева. Метнулась туда и снова выкрикнула «Кловер!»

«Клевер!» — задыхаясь, ответила Эй-Джей со своим ясным акцентом. Отлично. Эй-Джей вымоталась. Конечно, Рэйнбоу пыхтит только потому, что плавает. Она загнала Эй-Джей куда и собиралась.

Какое-то время она гонялась за Эй-Джей по центру озера. Несколько раз ныряла точно туда, где должна быть Эпплджек, но ловила только бурлящую воду и всплеск в лицо — в ту самую секунду Эй-Джей подбирала хвост.

Наконец, после очередного отклика, она услышала, как Эй-Джей ныряет, и почуяла движение справа. Скользнула туда и всем телом опустилась на что-то тёплое и вьющееся.

Рэйнбоу быстро всплыла, отфыркиваясь от воды, и даже не открывала глаза, пока не услышала, что Эй-Джей всплыла тоже. Дети смеялись и поздравляли их, они ловили дыхание.

Эпплджек убрала с глаз мокрые пряди гривы:

— Блин, Дэш! Ты что, утопить меня решила?

Рэйнбоу победно улыбнулась:

— Если Рэйнбоу Дэш кого-то салит, то салит наверняка!

— Ну ладно, — фыркнула Эпплджек. — И правда, вышло наверняка. Дай знать, когда будешь готова.

— Я всегда готова. — Рэйнбоу подмигнула и потёрлась о щеку Эпплджек.

— Ладно, поймала на слове, — Эпплджек покачала головой, всё ещё улыбаясь. — Скажи, когда начинать считать, перьеголовая.

— Ну же, ма, давай! — позвал Лиф с другого края озера.

— Ты слышала, — Рэйнбоу осмотрелась вокруг, планируя, как будет уплывать.

Эпплджек закрыла глаза и начала считать, Рэйнбоу быстро поплыла в сторону пледа на берегу, довольно далеко от Эй-Джей. Добралась задолго до конца отсчёта и замерла. Закончив счёт, Эпплджек позвала «Кловер!».

Рэйнбоу откликнулась вместе с детьми, и увидела, что Эпплджек плывёт в сторону Лифа. Рэйнбоу расслабилась и улыбнулась. Ей не помешает передышка, хоть она никогда и не признается в этом перед Эй-Джей. И, кроме того, она знала — Эй-Джей может выбрать её, потом она может выбрать Эй-Джей, но эта игра — весь этот день — на самом деле ради детей. Надо устроить им отличный день, чтобы потом…

Рэйнбоу тут же погрустнела, но постаралась выбросить это из головы, снова откликаясь на каждый зов. Это оказалось не так уж сложно. После раунда с Эй-Джей настроение было просто отличным. Настоящие усилия, полёт и гонка на пределе — это всегда отличное настроение, особенно когда в конце ты побеждаешь.

Она улыбнулась, глядя, как Эй-Джей бросилась к Сайдер; та попыталась пронырнуть под братом, Лиф ушёл в сторону. С Эпплджек она всегда это чувствовала, именно потому им друг с другом было так классно. В этом смысле Эпплджек была как гравитация — обе надёжны, с обеими можно бороться без форы, и соперничать с любой из них — самое лучшее на свете.

Вскоре Сайдер пискнула и захихикала, и Лиф крикнул:

— Сайдер готова!

— Отлично, Эй-Джей! — ответила Рэйнбоу, хоть они обе знали, что Эпплджек поймала бы Сайдер даже не просыпаясь. Это часть игры, Эй-Джей играла ради детей и с детьми. Стоило её поддержать.

***

Когда они добрались до дома, Эпплджек начала готовить ужин, а Рэйнбоу с детьми играли в карты на кухонном столе. Они могли бы пойти и в гостиную, но Рэйнбоу хотела, чтобы все оставались вместе, чтобы продлить лёгкое счастье этого дня.

Но вскоре еда была готова и ужин подан.

— Можете есть, — сказала Эпплджек, ставя на стол меж прочих блюд жареную тыкву.

— Моё любимое! — сказала Сайдер, пока Эпплджек наполняла ей тарелку. — С коричневым сахаром?

— Конечно! — Эпплджек чуть-чуть грустно улыбнулась, перейдя к тарелке Ская и нарезая еду маленькими кусочками. — А ещё есть морковь с маслом.

— Круто! Спасибо, ма! — Лиф открыл тарелку с гарниром и начал его накладывать.

— Тут картофельное пюре с чесноком, и картошка очищенная… — Эпплджек взглянула на Рэйнбоу и кивнула на другое блюдо.

Рэйнбоу сомневалась, ела ли раньше картофельное пюре с чесноком, но по отдельности картошка и чеснок ей нравились, а картофельные шкурки — нет, так что звучало классно. По взглядам и мордочкам она догадывалась, что ужин Эй-Джей сделала не хуже, чем весь остальной прошедший день.

Сайдер моргнула. Посмотрела на взрослых и приступила к еде.

Первым заговорил Лиф.

— Эмм. И что, даже зелёных овощей не будет?

— Шшш! — Сайдер сердито взглянула на брата.

Эпплджек чуть удивлённо взглянула поверх стола:

— Мм… нет, вроде нет!

— Что происходит? — подозрительно спросил Лиф.

— Кое-кто не понимает, когда лучше промолчать, — пробурчала Сайдер, закатив глаза. — Вот что происходит.

Рэйнбоу сдержала смешок и беспокойно взглянула на Эй-Джей.

Эпплджек нервно улыбнулась:

— Всё в порядке, Лиф. Иногда можно и просто поесть в удовольствие.

Лиф отвернулся от еды и нацелился на Рэйнбоу:

— В чём дело? Мы сходили на озеро, ты играла с нами в карты, теперь на столе наша любимая еда, причём без овощей? Ты что, уходишь в Вандерболты, так что ли?

Рэйнбоу моргнула:

— Я, эм, ещё не решила...

— Но что-то точно не так, — настойчиво ответил Лиф.

— Сахарок, мы после ужина об этом поговорим, — мягко ответила Эпплджек.

Лиф поджал губы и взглянул прямо на Рэйнбоу и Эпплджек:

— Я не голоден.

Рэйнбоу сглотнула комок в горле. Она не могла винить жеребёнка. Еда была отличной, но у неё больше не было аппетита. Повернула голову и увидела, что Эй-Джей смотрит в тарелку.

Подтолкнув Лифа, она шепнула:

— Съешь хоть кусочек. Ма очень старалась.

— Почему? — спросил Лиф, даже не пытаясь приглушить голос.

— Потому что она о нас заботится! — резко ответила Рэйнбоу.

— Дэш, всё в порядке, — Эпплджек взглянула, сжав зубы. — Не волнуйся. Ему не обязательно доедать.

— Ну, стоило бы, — пробурчала Рэйнбоу. Откусила своё пюре. Картошка была отличной, но она всё равно чуть не подавилась.

Над столом повисло молчание. Сайдер ела быстро, видимо решив, что это безопаснее, чем говорить. Рэйнбоу ковырялась в тарелке, Скай пинал копытами свою морковь. Лиф уставился в стену, Эпплджек вздыхала, глядя в тарелку.

Через несколько секунд Рэйнбоу заметила, что Эпплджек взяла в копыта салфетку и поднесла её к мордочке. Но не стала вытирать рот.

Рэйнбоу нахмурилась. Эпплджек плакала.

Это не дело. Эпплджек не плачет, если никто не умер. В семье тоже всё не так, друг на друга не смотрят, недоговаривают, Лиф грубит Эй-Джей…

Кто-то должен что-то сделать.

Что-то делать Рэйнбоу умела лучше всего. Особенно когда не понимала, что именно делает.

— Эй-Джей, нам надо поговорить. В той комнате, — Рэйнбоу встала и кивнула на дверь.

Эпплджек растерянно взглянула на неё, но встала следом:

— Ладно…

Рэйнбоу провела её в гостиную. Закрыв дверь, повернулась к ней.

— Мы не можем. Не сегодня, — шепнула Рэйнбоу.

Эпплджек покачала головой и мягко сказала:

— Дэши… мы знали, что будет непросто... но надо. Легче не станет.

Рэйнбоу потёрла мордочку копытом:

— Понимаю. Но не так же… это… это же всё испортит. Сегодня был слишком классный день.

— Так в том и дело, Дэш, мы должны были показать, что всё в порядке, — нахмурясь, напомнила Эпплджек.

— Ага, а в следующий раз, когда у них будет классный день, они такие «Нам не было так хорошо с того самого вечера, когда мамы сказали, что они разводятся», и это, типа, ничего не испортит?

Рэйнбоу покачала головой, и добавила:

— Видишь же, что было за столом. Хочешь, чтобы для них праздники перемешались с вот этим?

Эпплджек на секунду задумалась:

— То есть, надо показать им, что всё будет в порядке, но не слишком в порядке?

Рэйнбоу поняла, что не знает, что именно хочет сказать. Их план в любом случае выходил дерьмовым. Но сейчас он был слишком уж дерьмовым, так что она кивнула:

— Ага. В том числе.

— А ещё что? — Эпплджек подняла бровь.

— Ты, — ответила Рэйнбоу, взглянув прямо в её глаза.

— Я? — Эпплджек широко открыла глаза. — Я-то тут при чём? Это же я к тебе пришла…

— Я знаю, но… — Рэйнбоу поколебалась, не зная точно, что сказать Эй-Джей. — Всё летит слишком быстро. Тебе плохо. И я не хочу сказать, что нам надо передумать, или что-то изменить, но, может… стоит привыкнуть и сначала заново подружиться? Перед тем.

— Мы всегда дружили, — мягко ответила Эпплджек. — Это не изменится.

Рэйнбоу нахмурилась:

— Я знаю, но я была не очень хорошей подругой в эту неделю. Твайлайт сказала нам заботиться друг о друге, а я даже не поняла, что ты не в порядке.

Эпплджек фыркнула:

— Иногда не знаю, влезает ли в твою большую голову хотя бы ещё одна пони.

— Я иногда заботилась и о детях, — напомнила Рэйнбоу.

Смягчившись, Эпплджек кивнула:

— И очень неплохо. Скажу даже, я впечатлена.

— Спасибо, — Рэйнбоу быстро улыбнулась, но тут же сделала уверенную мордочку. — Но этого мало. Мне нужно заботиться и о тебе, хотя бы как о подруге. Так что завтра я хочу перед тобой исправиться.

— Как? — подозрительно спросила Эпплджек.

— Это сюрприз, — широко улыбнулась Рэйнбоу. Задумки у неё были, но сначала надо свериться с другими пони.

— Дэш, — Эпплджек вздохнула и покачала головой. — Не думаю, что мне сейчас нужны сюрпризы.

— Этот — нужен, — настойчиво сказала Рэйнбоу. — Только дай мне час на подготовку, ладно? Потом, завтра, разберёмся, как всё-таки сказать детям, и мне будет легче, что у нас с тобой тоже порядок.

— Не знаю, — Эпплджек закусила губу.

Рэйнбоу очень постаралась улыбнуться ей:

— Поверь мне.

Через секунду Эпплджек кивнула:

— Лады. Тебе тоже надо точно знать, что с нами всё как следует.

— Спасибо, — ответила Рэйнбоу, протянув копыто.

Эпплджек улыбнулась и толкнула его, видимо расслабившись:

— Ну что, думаю, пойдём уговаривать Лифа, чтобы поужинал. Если уж нет овощей, так пусть хотя бы доест всё, что на тарелке.

Они направились обратно на кухню и Рэйнбоу хихикнула:

— Сделаем, босс.

Читать дальше

Один комментарий

skydragon

Ух, пошла настоящая драма.

Надо было собрать Лифа и Сайдер в школу, то есть найти домашнее задание Лифа в залежах бумаги и блокнотов в его спальне, и проверять сумки Сайдер каждые пятнадцать минут, чтобы в них совершенно случайно не просочились лётные очки — Эй-Джей и Рэйнбоу сказали ей, что из дома очки больше никуда не уйдут до самой отправки в лагерь.

Перед тире наверное запятая. Да и в целом, предложение длинновато.

skydragon, Февраль 12, 2018 в 15:16. Ответить #

Оставить комментарий

Останется тайной.

Для предотвращения автоматического заполнения, пожалуйста, выполните задание, приведенное рядом.